Аналитика


Цена нефти растет не на запасах, а на ожиданиях. Встреча в Дохе приблизит баррель к $50
Экономика | Ханты-Мансийский АО - Югра | Ямало-Ненецкий АО | Тюменская область | Центральный ФО | В России | За рубежом

Пока члены Организации стран-экспортеров нефти обсуждают возможную "заморозку" добычи нефти, цены на углеводороды идут вверх. И чем больше стран заявляет о готовности снизить темпы выкачки "черного золота", тем дороже становится баррель. Последние месяцы Brent и WTI крепли "на ожиданиях" переговоров о сокращении добычи. Самый заметный скачок цен - до $44 за баррель Brent - произошел после того, как встреча в Дохе была назначена, и об участии в ней заявили все основные производители. Публичный отказ Ирана от переговоров отнял от цены лишь несколько сотых процента, что не обнулило итоги позитивных новостей. Эксперты Накануне.RU отмечают, что скачок в $10 произошел без реального сокращения добычи или значимого падения спроса. Цены формируются на рынке "бумажной нефти", где правят спекулянты. Поэтому большую роль будут играть не подписанные в Дохе документы, а заявления, сделанные лидерами в ходе этой встречи.

Москва и Эр-Рияд согласовали позиции по "заморозке" нефтедобычи. Причем, по словам министра энергетики РФ Александра Новака, решение в Катаре может быть принято без учета позиции Ирана ("Это открытые документы, все, кто желает – могут присоединиться. Силой заставлять никого не будем", - цитата по ТАСС).

О том, что саудиты пойдут на такой шаг, заявили и источники в дипломатических кругах. Уверенный рост Brent прекратился после того, как переговоры прокомментировала Саудовская Аравия. Министр нефти Али ан-Нуайм заявил, что добыча в стране сокращена не будет: "Можете об этом забыть".

Резкое заявление министра опустило цену барреля на 0,9%, хотя раньше на сокращение никто не надеялся – программа минимум – ее "заморозка". Качалки в мире не сбавили и не нарастили темпов, но цена на нефть изменилась благодаря только лишь категорической риторике. Все это говорит о том, что во главе угла на сырьевом рынке по-прежнему стоит не фактор спроса и предложения, а политика спекулянтов, говорит президент Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.

билборд накануне(2007)|Фото: Фото: Накануне.RU

"Сделки с "бумажной нефтью" – фьючерсами – по стоимости превышают в десятки раз сделки с товарной нефтью. Поведение спекулянтов – главное, что влияет на цены, вопрос в том, можем ли мы им управлять или это прерогатива Соединенных Штатов, которые решением ФРС об увеличении или снижении ключевой ставки дают сигналы спекулянтам? Как выяснилось, Россия тоже может внести свою лепту. Цены растут на ожиданиях встречи в Дохе и хотя бы из-за этого ее стоило  придумать. Мы получили несколько недель растущего рынка", - рассказал Накануне.RU Симонов.

Он отмечает, что и сами производители заинтересованы в такой игре на повышение – бюджеты добывающих стран не выдерживают цены в $30 за баррель.

"Это касается и большинства американских сланцевых проектов, месторождений Бразилии и Африки. В прошлом году из отрасли ушло $300 млрд инвестиций, многие компании имеют очень высокий уровень кредитов и берут они их в расчете на то, что рынок если не отскочит, то хотя бы претерпит серьезные трансформации. Цены при любом варианте будут восстанавливаться. Даже если быть апологетом теории рынка и верить в то, что они зависят от баланса спроса и предложения, мы увидим предпосылки роста цен в изъятии нефти из-за недоинвестирования отрасли. Но за счет спекулятивного фактора восстановление цен будет идти более быстрыми темпами", - говорит Симонов.

Напомним, что в 2015г. началась череда банкротств небольших нефтяных компаний в США, по оценкам аналитиков, если нефть будет торговаться чуть дороже $30, то к 2017 г. большая часть нефтяников Штатов будут вынуждены объявить о банкротстве. 

Накануне.RU, лого, логотип (2015)|Фото: Фото: Накануне.RU

При цене за баррель ниже $30 обостряются проблемы у наименее рентабельных производителей нефти, и на рынке есть общий консенсус относительно того, что в течение долгого времени цены на нефть не могут оставаться ниже этих отметок, говорит аналитик ГК TeleTrade Михаил Поддубский.

"Рост на рынке нефти, который мы наблюдали с конца января да начала марта - рост восстановительный и фундаментально обоснованный. Однако, последнюю неделю мы видим новый импульс в нефтяных ценах, и рост за последние шесть торговых сессий составил почти 20%. Последний импульс во многом обусловлен позитивными ожиданиями от предстоящей встречи в Дохе 17 апреля", - рассказал он Накануне.RU, добавив, что рынок с большой вероятностью будет разочарован итогами встречи.

Саудовская Аравия и Россия могут договориться о "заморозке" объемов добычи на максимальных уровнях января-февраля, однако никакого эффекта на реальный рынок нефти оказано не будет, отмечает аналитик.

"Добыча в этих странах и сейчас находится на максимально возможных уровнях, ждать дальнейшего роста добычи от них даже без решения о заморозке никто не собирался. Страна, в планы которой действительно входит рост объемов добычи - Иран, но очевидно, что иранская сторона не примет предложение о "заморозке". Таким образом, вне зависимости от того, будет ли достигнуто какое-либо соглашение в Дохе, велика вероятность того, что рынок нефти через какое-то время ждет разочарование", - говорит Поддубский.

Важнее не то, насколько сократят или не сократят добычу производители, а как они будут комментировать итоги встречи, спорит с ним Константин Симонов. Для спекулянтов тон выступлений важнее, чем юридически обязывающие соглашения. По его мнению, первый верный шаг участники встречи уже сделали – они перестали оглядываться на Иран.

"Спекулянты не будут вчитываться в документы, они посмотрят на реакцию участников. То, что еще до встречи "выкинули" Иран – позитивный фактор, потому что не будет новостей в стиле "Иран ничего не подписал". Важно, как об этом расскажут медиа, вопрос трактовки здесь – принципиальный. Представители могут выйти и сообщить, что подписали предварительные соглашения о фиксации добычи на уровне января 2016 г. и намерены продолжить переговоры – этого будет достаточно. Уже потом можно обсуждать, что это был только меморандум, что ни у кого не возникло обязательств, но информационный мейнстрим – главное. Нужно подбрасывать рынку новости, заставляя спекулянтов постоянно жить в ожидании решений ОПЕК-2. Поэтому 18 апреля нефть не скакнет к $50, но при правильном раскладе мы можем выиграть еще несколько долларов и, в конце концов, зафиксироваться на отметке в $50", - рассказал руководитель ФНЭБ.

Главными участниками ОПЕК-2 являются Россия и Саудовская Аравия, о желании совместно решать проблему падения цен говорят и кулуарные переговоры перед встречей в Катаре. Несмотря на низкую себестоимость добычи, для саудитиов снижение цен тоже стало критичным. Они, аналогично российскому руководству, решились на приватизацию государственной нефтяной компании Saudi Aramco, которая даже не была публичной. Но страны объединяют только мечты о дорогом барреле, в остальном взгляды геополитических оппонентов расходятся. Напомним, что планы по сотрудничеству с другим неоднозначным "партнером" – Турцией – России уже вышли боком, этот "лучший друг" не сдержал и половины обещаний по "Турецкому потоку". Новый энергетический союз видится еще менее надежным.

инфографика нефтедобывающие страны, лидеры, ОПЕК|Фото: Накануне.RU

"А с кем еще из ОПЕК садиться за стол переговоров? На одном уровне с нами добывает только Саудовская Аравия, да и есть ли там надежные партнеры? С Венесуэлой все однозначно, с Ираном? В этом бизнесе все враги и конкуренты, все борются за рынок. Мы осознаем, что находимся в террариуме вынужденных партнеров, но это не означает, что мы не можем с ними договариваться. У Саудовской Аравии сейчас цель такая же, как и у нас – повысить цены на нефть. Ее бюджет при $30 за баррель держится очень плохо. Это воюющая страна с большими амбициями, для войны в Йемене и Сирии ей нужны деньги. Поэтому саудиты объективно заинтересованы в том, чтобы цена на нефть выросла. Поскольку переговоры уже привели к росту цен, саудиты понимают, что нужно создавать новую реальность и на этом зарабатывать. Почему бы не провести переговоры с русскими, если это выгодно и русским, и саудитам. Ненадежность партнеров не значит, что мы не сможем заработать на сотрудничестве с ними", - заключает Константин Симонов.



Алёна Ласкутова