Аналитика


Дмитрий Аграновский: Таких ЧП в наших судах давно не было. Люди, наверное, расслабились
общество | В России

После перестрелки в Мособлсуде с бандой ГТА со всех сторон стали поступать самые разные идеи по поводу того, как избежать подобных эксцессов в будущем. Среди предложений - ввод визового режима для стран Средней Азии (участники банды - выходцы из этих стран) или перенос слушаний по делам особо опасных преступников из зданий суда непосредственно в пенитенциарные учреждения. Не перестают обсуждать и само происшествие. Якобы в официальной версии обнаружился ряд нестыковок. Известный адвокат Дмитрий Аграновский, не раз бывавший в здании Мособлсуда, высказал Накануне.RU свое мнение о случившемся. К эксцессу с бандой ГТА он призывает относиться как к разовому примеру расслабленности и пренебрежения инструкциями.

Вопрос: Наверняка вы не раз наблюдали, как происходит конвоирование особо опасных преступников, это нормально, когда их перевозят в лифте?

Дмитрий Аграновский: По идее, нормально. Только их не перевозят по пять человек.

Вопрос: А такая инструкция есть?

Дмитрий Аграновский: Я сам этой инструкции не читал, но смотрел уже и в СМИ, что должны быть какие-то нормы. Но сам я никогда не видел, чтобы количество конвойных было меньше заключенных. Леонид Развозжаев вот тоже пишет, что его всегда приводило пять человек и кинолог с собакой. Действительно, так оно и было. По политическим делам, по которым проходят совершенно безопасные студенты, их приводили всегда целой группой. И никогда я не видел такого, чтобы два человека конвоировали трех-четырех человек, а тут целых пять.

Вопрос: Вы ведь не раз бывали в этом здании, может быть, там просто негде пройти большой толпе из заключенных и конвоиров?

Дмитрий Аграновский: Нет. Давно же не было ЧП в наших судах. Люди, наверное, расслабились.

Вопрос: Как Вы относитесь к идее, которая высказывалась после перестрелки в Мособлсуде, чтобы по делам особо опасных преступников заседания проводились внутри самих пенитенциарных учреждений?

Дмитрий Аграновский: Я отношусь отрицательно. Такой инцидент – первый за много лет. Связан он исключительно с нарушением правил конвоирования. Это серьезный удар по принципу гласности правосудия. Такие вопросы давно обсуждались. Совершенно непонятно, почему из-за чьей-то халатности необходимо менять все принципы слушания дел во всей стране. Причем из-за халатности разовой. Вместо того, чтобы просто конвойным напомнить лишний раз, что необходимо соблюдать свои инструкции. Мне кажется очевидным, что если поменять правила, но не соблюдать инструкции, то и в пенитенциарных учреждениях так же будут происходить эксцессы. Случаются же, в конце концов, побеги. Если так подходить к делу, можно следователям поручить выносить приговор. Зачем этот громоздкий судебный процесс?

Вопрос: Можно случившееся в Мособлсуде назвать серьезным провалом в системе?

Дмитрий Аграновский: В целом, сложно сказать. Я не знаю, насколько такие случаи распространены. В моей практике ничего подобного не было. Еще раз скажу, что сам такого не видел. Мне кажется, это серьезный провал, но разовый. Не припомню, чтобы конвоиры нарушали свои инструкции. Наоборот. Подход очень серьезный. Может быть, мне "везло", но повторюсь, на политических процессах очень серьезные меры конвоирования. Помню, был процесс над нацболами по делу об администрации президента. Девушек там конвоировали как в Гуантаномо, цепи были скованы, конвоировал их, помимо конвоя, спецназ Минюста, несколько собак, то же самое было и по "болотным делам". Подходили очень серьезно. А тут, видимо, решили, что не политические же, а убийцы, ну убийцы, их у нас тысячи, на всех охранников не напасешься. Исходят в первую очередь из степени политической опасности.

Вопрос: Как Вам сама история с побегом из лифта, с перестрелкой, сейчас пишут про какие-то нестыковки, что стреляли чуть ли не в спину…

Дмитрий Аграновский: Я на видео перестрелки-то и не видел. Стреляли просто по дверям лифта. Я не хочу сказать, что конвойные или омоновцы превысили полномочия, действительно люди пытались сбежать. Какие-то выводы делать преждевременно, пусть следствие разбирается. Дело громкое, выводы будут озвучены.

Вопрос: Теперь еще заговорили о необходимости срочного введения визового режима, якобы он спасет нас от волны нарастающего бандитизма.

Дмитрий Аграновский: Бандитизма хватает и внутри страны. Бандиты и криминальные люди обойдут, если им нужно, любые барьеры. С другой стороны, если говорить об открытых границах… Ну если бы не открыли "железный занавес", у нас бы не было и такого уровня бандитизма, как сейчас. Когда он появился? Не таджики и узбеки в этом виноваты. Они - следствие. Мы пустили к себе это влияние. В СССР ничего даже похожего на подобные процессы не было. Ни у кого не было оружия, не было банд. Сразу вспоминают фильм "Место встречи изменить нельзя" – единственный короткий послевоенный период, когда у людей был массовый доступ к оружию. К нам приезжает огромная масса людей, которые просто на нас работают. Наказывать их - это как закрывать для всех русских или итальянцев выезд за рубеж из-за проделок русской или итальянской мафии в других странах.

Вопрос: Но ведь сообщалось же, что члены банды ГТА были чуть ли не боевиками и террористами, как они попали в Россию?

Дмитрий Аграновский: Ну а что даст визовый режим? Просто усложнится пограничный контроль. Что, бандиты не преодолеют визовый режим? Да они даже спецмероприятия спецслужб преодолеют, если подготовятся. Разве может визовый режим задержать террориста? У него другая степень подготовки. Работать должны специальные методы. Раньше, опять же, была агентурная сеть везде, где для нашей страны была опасность. Сейчас все разрушено, а до недавнего времени нам вообще подобная информация была не нужна. Мы даже не представляли толком, что происходит в соседней Украине, хотя это всегда была территория наших жизненных интересов.

Безопасностью заниматься нужно. Но предлагается почему-то, как Стругацкие писали, "быть ортодоксальнее ортодокса". Провинился какой-то ученый, предлагают запретить науку вообще. Не понравился футболист – закрываем футбол. Показали по телевидению порнографию – запрещаем телевидение. В данном случае конкретные преступники сбежали от конкретных конвоиров, вместо того, чтобы заниматься этой проблемой, уже хотят отменить правосудие, въезд людей определенной национальности.



Иван Зуев