Аналитика


Ядерный заповедник сталинизма
книжный обзор | В России | За рубежом

Предлагаем вашему вниманию фрагмент из новой книги директора Центра геополитических экспертиз, члена Изборского клуба Валерия Коровина "Геополитика и предчувствие войны. Удар по России", вышедшей в издательстве "Питер".

Не всё потеряно для России на Дальнем Востоке. Северная Корея всё ещё может стать нашим союзником, как авангардный проект, вдохновлённый советским сталинизмом времён нашей сильной внешней политики. После смерти Ким Чен Ира на Западе было заговорили о возможности объединения двух Корей, находящихся на протяжении последних десятилетий в разных мирах. И, понятное дело, объединяться они должны на условиях Запада – ведь это и есть "цивилизация", — из чего автоматически следует, что подобное объединение будет происходить довольно болезненно для КНДР.

Сталинизм в отдельно взятой стране

Ким Чен Ир был реальным гарантом северокорейской государственности, и именно благодаря его фигуре тот социальный эксперимент, который был начат в середине прошлого столетия, и продолжался столь долго. Мало того, он даже пережил то государство, которое, собственно, и было источником его формирования, как и примером для его развития. Речь, конечно, идёт о Советском Союзе, но здесь следует иметь в виду не всю эпоху советского государства, а именно его квинтэссенцию — сталинский период, длившийся с середины 1920-х до начала 1950-х годов.

Северокорейский режим, как с точки зрения социального устройства, так и с точки зрения идеологии и внутренней политики представляет собой последний оплот сталинизма. Именно сталинской версии "социализма в отдельно взятой стране". Северная Корея, таким образом, есть некий заповедник социализма, — последний — в его сталинской, национал-большевистской интерпретации. Конечно же, основным источником существования для Северной Кореи было советское государство, с распадом которого сама Северная Корея, лишившись ресурсов для поддержки, стала медленно угасать. И, как многим казалось, конец северокорейского государства был неизбежен — вопрос заключался лишь в том, когда это произойдёт. Можно сказать, что северокорейский сталинистский проект, в том виде, в котором он был изначально создан, и так существует невероятно долго. С его экстравагантной идеей чучхе, провозглашённой в 1955 году Ким Ир Сеном, согласно которой все вопросы внутренней жизни страны должны решаться с позиций самостоятельности, с опорой на собственные силы, с его героическим противостоянием всему окружающему миру. Этот проект, безусловно, отвечал своему историческому периоду.

Потеря для Евразии

С концом Советского Союза Россия забыла о Северной Корее, перестав считать её союзником, и это стало серьёзной геополитической ошибкой. Дело в том, что Северная Корея возникла при разделе сфер влияния в регионе в период двухполярного мира. КНДР — это тот плацдарм, на котором закрепилась евразийская, континентальная геополитика. Это своего рода засечная черта, дальше которой не продвинулась атлантистская экспансия внутрь Евразийского континента. Атлантистам же досталась Южная Корея, где они и создали свой цивилизационный плацдарм. Северная Корея же продолжала оставаться зоной стратегического влияния Евразии — несколько замороженной, находящейся в состоянии брошенного геополитического актива, внимание которому уделялось по остаточному принципу. Но, тем не менее, это была наша стратегическая территория, и Россия всё ещё имеет возможность туда вернуться. Хотя именно сегодня Россия стоит перед реальной угрозой потери этого фрагмента евразийского пространства на Корейском полуострове, а соответственно, перед угрозой продвижения атлантистских и в первую очередь американских интересов ещё дальше вглубь Евразийского континента. Американский контроль, таким образом, может приблизиться непосредственно к нашим границам. И если бы не помощь номинально социалистического Китая в отношении КНДР, это бы уже давно произошло.

Сейчас решается судьба этого фрагмента евразийского пространства: будет ли оно оставаться, как минимум, буферной зоной между атлантизмом и евразийской геополитикой, либо же будет полностью поглощено американским влиянием, и "кольцо анаконды" сожмётся вокруг России ещё плотнее. Россия ещё имеет возможность побиться за Северную Корею, ещё имеет шанс на каких-то остаточных ресурсах политического влияния стремительно войти туда и сохранить это государство под своим контролем. Окончательная же потеря Северной Кореи станет для нас значимым геополитическим проигрышем. Так называемую северокорейскую ядерную угрозу в качестве гарантии суверенитета пока что сложно воспринимать всерьёз.

Кошмар объединения

Сегодня Северной Корее всё сложнее сохраняться в качестве самостоятельного субъекта, особенно в том виде, в котором она просуществовала последние десятилетия. Без внешней поддержки нынешний режим имеет все шансы завершить своё существование, потому что он, во-первых, истощён, во-вторых, разъеден постоянным внешним воздействием, да и к тому же у него осталось очень мало внутренних сил, на которые можно было бы опереться. Какое-то время он ещё сможет продержаться за счёт инерции и поддержки Китая, но всё равно это будет угасанием. Прекращение же существования этого режима станет серьёзной трагедией для северокорейского народа, и, конечно, население нынешней Северной Кореи испытает на себе серьёзные социальные трансформации, в результате которых ему предстоит пройти через катастрофические изменения. Эту ситуацию можно сравнить с объединением Германии после падения Берлинской стены, когда поначалу огромная часть населения Восточной Германии хлынула в открывшуюся для них западную часть, что спровоцировало серьёзный социальный и демографический дисбаланс. С прекращением существования северокорейского государства как политического субъекта, целостного социального пространства те события, которые начнут происходить в северокорейском обществе, спровоцируют серьёзный переток населения с севера на юг.

США претендуют на то, чтобы это объединение происходило под американским патронажем, с навязыванием западных мировоззренческих моделей, которые сегодня установились в Южной Корее. Что вызовет серьёзные социальные трансформации, депрессию, возможно — рост числа самоубийств, возникновение чудовищных перверсий или каких-то других весьма жутких вещей, которые неизбежно возникнут под воздействием западной масс-культуры на неподготовленное, неокрепшее сознание жителей Северной Кореи, этого последнего в мире заповедника социалистической нравственности. Предотвратить катастрофу КНДР возможно лишь при условии, если Россия стремительно включится в эту ситуацию, окажет ресурсную, политическую, военную, дипломатическую поддержку, сохранив тем самым военно-стратегический контроль над этим пространством. Что России так же крайне выгодно.

Ядерный суверенитет или евразийский блок?

[...] Конечно, мы не должны были бросать Северную Корею в том состоянии, в котором мы её оставили в момент распада Советского Союза.

Осознавая свою ошибку сегодня, мы просто обязаны помочь северокорейскому режиму, который стоит на страже нашей безопасности в регионе, практически в одиночку отбиваясь от американского гегемона на Дальнем Востоке, который ухмыляется за спиной у южнокорейских марионеточных политиков. России необходимо всеми своими силами поддержать северокорейское государство, и, в конечном итоге, разместить там нашу военную базу. Хотя бы потому, что через Северную Корею мы получаем выход в Восточно-Китайское море, в Жёлтое море, а это уже достаточное основание, даже если мыслить исключительно прагматически, действие, которое отвечает стратегическим интересам России.

Северная Корея вполне может вновь стать нашим форпостом в Юго-Восточной Азии, мы пролили много крови за неё. А значит, имеем полное моральное право вернуть это некогда брошенное нами государство в лоно евразийского блока. Пока же Россия только приходит в себя, медленно возвращаясь туда, откуда стремительно ретировалась в конце прошлого столетия, только лишь наличие ядерного оружия даёт возможность Северной Корее оставаться экстравагантным, но всё же суверенным музеем сталинизма в мире победившего постмодерна. Мы всё вернём назад, в том числе и Северную Корею.

Валерий Коровин, "Геополитика и предчувствие войны"|Фото: Наталья Макеева