Аналитика


План властей: "Cоберём налог на лапти и побьём крымского хана"
экономика | В России

Изъять из сверхприбыли крупного бизнеса и направить на выполнение майского указа президента более 500 млрд руб. предложил помощник президента РФ Андрей Белоусов. В списке предложенных компании металлургии и химии. Удастся ли реализовать предложение, будет ли мера правильной и станет ли это первым шагом к тому, чтобы брать с "неприкасаемых"? Своим мнением с Накануне.RU поделился руководитель Центра политэкономических исследований Василий Колташов.

Денег на развитие страны нет, как говорят в Правительстве, налоговое давление на граждан растёт, поэтому власти решили взяться и за "неприкасаемых" тоже?

руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений Василий Колташов(2013)|http://vk.com/v.koltashov– Предложение Белоусова демонстрирует кризис налоговой политики российского государства и вообще подхода к консолидации денежных средств для каких бы то ни было проектов. Дело в том, что, конечно, можно найти эти избыточные доходы у металлургов. Можно попытаться повысить налог на добавленную стоимость, что уже сделано. Население либо не поймёт, либо будет скромно высказываться о том, что это неправильно. В любом случае всё это – методы, которые принципиально не меняют способы сосредоточения денег в руках государства и соответственно налогового влияния на экономические процессы. То есть всё остаётся очень консервативно.

Между тем необходимо найти какие-то другие способы, и я считаю, что забирать деньги у компаний, у которых есть, как вы видите, сверхдоходы, не совсем правильно. Вы можете навязать компаниям какие-то инвестиционные проекты внутри страны. Металлургам можно навязать проект по машиностроению, где можно применить в большом количестве добытый и выплавленный металл, то есть такие проекты, которые бы развивали модель экономики – здесь государство могло бы оказывать влияние через какие-то свои агентские структуры.

Но дело то в том, что гораздо правильнее брать деньги у тех, кто получает сверхдоходы, то есть у физических лиц, то есть повышать налоги на богатых – вводить прогрессивную шкалу. Та самая прогрессивная шкала, о которой у нас запрещено писать во многих изданиях. По крайней мере, мои статьи неоднократно не выходили в крупных официальных бумажных изданиях.

Прогрессивный налог в одном направлении – снижение или ликвидация 13%-го налога для тех, кто получает зарплату ниже 50 тыс. рублей как минимум, то есть меры, которые бы простимулировали бедных, но очень важных массовых потребителей, и в то же время дали бы деньги. Но деньги не компаний, а доходы физических лиц, которые присвоили себе прибыль компаний в виде безумных окладов топ-менеджеров, в виде ценных бумаг – вот эти деньги должны изыматься на 70% для того, чтобы прекратить выкачивание денег из компаний.

Какие вы видите плюсы, минусы и "подводные камни" у предложения Белоусова?

– В чём проблема предложенного Белоусовым способа? В том, что государство говорит, мол, смотрите, в компаниях сверхприбыль, всё равно её всю растащат, и не пойдёт она на какие-то серьёзные проекты в большей части, потому что у нас члены совета директоров напишут себе бонусов и заберут эти деньги с минимальным налогом в 13%, а у компании денег не будет – так почему бы нам просто не взять эти деньги государству? А государству они пользу принесут – у нас есть "майские указы" и есть целый ряд направлений, по которым надо государству деньги вкладывать, а так это будет просто растащено и выведено в офшоры за некоторыми исключениями. Почему бы так не сделать? Вот такая позиция.

Да, так сделать можно, но в том-то и проблема, что это сохраняет те пороки прежней налоговой модели и вообще всех финансовых отношений в стране, что нам нужно изменить места, где государство берёт деньги, и сделать так, чтобы деньги из компаний не утекали, а инвестиционная политика этих компаний была более широкой.

Компании плохо инвестируют в развитие страны?

– К сожалению, сырьевые сегменты как-то не очень спешат инвестировать. Не видно, чтобы они восстанавливали машиностроение, авиастроение гражданское, чтобы они поставили производство каких-то деталей, замещая импорт. В сельском хозяйстве – да, есть замещение, а в промышленности оно очень ограниченно, и это во многом связано с налоговой моделью, с тем, что деньги приятнее вывезти, вложить в долговые бумаги чьи-нибудь под видом какой-нибудь кипрской компании, купить долговые бумаги того же российского правительства и сидеть получать внушительные проценты, чем создавать производство.

Эту модель нужно менять, и ситуация, с которой мы столкнулись, когда государство ищет деньги на благотворные инициативы, говорит о том, как много у нас пороков, которые необходимые ликвидировать, но которые предлагается оставить, просто найдя деньги в данный момент у металлургов, а потом ещё у каких-то компаний.

К сожалению, это не метод на долгие годы, а нам нужен метод на долгие годы, который обеспечит развитие экономики, рост инвестиций со стороны компаний, и в то же время рост потребительского спроса. Нам необходимо, чтобы одновременно решались эти задачи. Чтобы деньги были в бюджете, чтобы деньги были у потребителей, чтобы деньги были у компаний на инвестиционные проекты, и никто не боялся заработать больше, потому что "всё равно заберут", и не прятал прибыль компаний, а за укрывательство крупных личных доходов грозило бы очень серьёзное наказание. Вот что должно измениться.

А задача "просто где-то перехватить денег, чтобы потратить их на общеполезные проекты" мне кажется неправильной. Сама постановка вопроса неправильная.

Будет ли реализовано предложение?

– Посмотрим... Сейчас начинается битва лоббистов, потому что металлурги начнут кричать – вы загубите всю нашу стратегию, вы нас лишите денег! Другие компании, которые в этот список не вошли, будут кричать – правильно-правильно, это не перспективное направление, наше направление перспективнее, у нашего направления брать нельзя, а у этих можно! Результат мы увидим – просто потому, что битва лоббистских лбов будет проходить под ковром в значительной мере, на публике мы услышим какие-то мнения ангажированных экспертов или просто представителей лоббистских структур, всяких отраслевых ассоциаций, которые, вроде бы, и не связаны с компаниями напрямую, но как-то занимаются их проблемами. Вот они сейчас будут высказываться и доказывать – правильное или неправильное это предложение.

Почему именно компании металлургии и химии попали в список Белоусова, а не нефтянки, например?

– Их пока ещё не выбрали, это прозвучало предложение: давайте сделаем так. Сейчас будут звучать контрпредложения или аргументация в пользу этого предложения, потому что где-то деньги взять нужно – "пусть возьмут лучше у этих, чем у нас". Или "у нас не берите, возьмите у этих".

Глава НЛМК Лисин прокомментировал это предложение анекдотом. Никакого патриотизма и желания поддерживать экономику нет?

– Лисин потом скажет, что больше ни одного завода не построит – а зачем? Он будет приводить аргументы против этих мер, это логично. А почему он должен поддерживать?

Предложение очень странное. Странное, потому что должно звучать какое-то фундаментальное предложение, а это предложение сиюминутное: где перехватить денег на время — вот так это можно охарактеризовать, а стратегического в нём ничего нет. Экономического умысла, понимания экономических потребностей там тоже нет. Это очень узкое предложение, поэтому можно даже понять Лисина.

Патриотизм у капиталиста берётся из страхов – из страха внешнего и из страха внутреннего. Внешний страх – потерять деньги под влиянием политических сил, за которыми стоят экономические конкуренты. Грубо говоря, "американцы арестуют ваши счета и всё отберут". Внутренний патриотизм – тоже от страха нарушить закон и действовать против государства.

Озвучена общая сумма более 500 млрд руб. – насколько она велика или мала в масштабах государства и названных компаний?

– Это не так много для страны. Да и для компаний это не катастрофа. Вопрос не в этом. Вопрос в том, может ли государство брать и говорить, мол, вы много денег заработали – давайте-ка нам часть. Это не совсем правильное поведение.

Должны быть некие новые правила, касающиеся всех. Правила многоуровневого сбора налогов, и объективно существует потребность в прогрессивной шкале, в том, чтобы компания Лисина платила мало налогов, а сам Лисин платил очень много, если он берёт деньги из компании как акционер или как директор. Вот что необходимо сделать.

Нужно понять, что проблема не состоит сейчас в том, что у государства нет денег. У государства деньги какие-то есть, и нашли бы они деньги и без металлургов. Проблема в разворовывании денег, когда компании буквально потрошатся, и всё расходится по карманам. А что в карман попало – с этого налоги крошечные, а основное налоговое бремя на потребителях. А потребители выдохлись – всё покупают в кредит. Предлагается простенький рецепт по Алексею Толстому – "соберём налог на лапти и побьём крымского хана". То есть где-то мы деньги видим, там их схватим, и это наше решение.

Я принципиально против таких решений не потому, что мне очень нравятся наши металлурги, а потому что необходимо менять всю налоговую систему, освобождать потребителя, нагружать крупного собственника, и в то же время так воздействовать на компании, чтобы они не боялись инвестировать, но боялись расхищать деньги. То есть нужно, чтобы был ещё и экономический эффект.

Мы только что увидели, как наша экономика уязвима, когда американцы объявили санкции, а национальная валюта уже движется к 70 рублям за доллар. В этой обстановке нужно подумать не только о том, как и где перехватить денег на "майские указы", но и о том, как обеспечить устойчивость экономики в ближайшие годы. Именно устойчивость, потому что есть серьёзные пороки в китайской экономике, если она просядет в ближайшие месяцы год-полтора, то по нам это ударит, и вот эти рецепты, их негодность будет очевидна.

Перехватили денег у металлургов – замечательно. Потом перехватили ещё у нефтяников, потом ещё у кого-нибудь, потом заметили, что у ритейла есть деньги. Эти предложения неверны. Необходимо обсуждать корни проблемы, а не то, где нам перехватить денег на ближайший год.



Половников Алексей