Аналитика


"Будет новый Тулун". Общественники оспорили проект по регулированию уровня Байкала
Общество | Сибирский ФО | В России

В скором времени может появиться ещё один законодательный акт, прямо касающийся экологии Байкальского региона. Недавно была отменена обязательная госэкспертиза при строительстве и расширении объектов магистральной инфраструктуры вокруг озера, а теперь проходит обсуждение проекта постановления Правительства России "О максимальных и минимальных значениях уровня воды в озере Байкал".

Дело в том, что уже давно, после строительства Иркутской ГЭС, перекрывшей вытекающую из Байкала Ангару, сток озера регулируется искусственно. Несколько лет идёт обсуждение проектов ГЭС в Монголии на Селенге – крупнейшей реке, которая питает озеро. В итоге Байкал может оказаться полностью зарегулирован. Нынешний проект постановления предполагает на постоянной основе увеличить диапазон колебания уровня озера до 2,31 м в границах от 455,54 м до 457,85 м в тихоокеанской системе высот. Это, по мнению активистов, может грозить либо осушением болот и торфяными пожарами в случае наводнений, либо наводнениями при половодье. Кроме того колебания уровня озера чреваты гибелью рыб и животных, обитающих на берегах водоёма.

Против проекта постановления в данной редакции высказалась общественная организация "Байкальская экологическая коалиция". Общественники считают, что до утверждения новых режимов регулирования диапазона уровня колебаний озера Байкал необходимо провести тщательные и комплексные научные исследования влияния нормативов на экосистему водоёма. В ходе проведения такой комплексной экологической оценки необходимо организовать открытое общественное обсуждение научного обоснования и предлагаемых режимов.

Сейчас регулирование уровня воды осуществляется посредством управлением сброса байкальской воды через Иркутскую ГЭС, на пропускную способность которой влияют не только технологические ограничения, но и другие факторы.

"Подход к озеру Байкал не как к уникальной природной экосистеме, а как к обычному водохранилищу при ГЭС зачастую может приводить к критическим изменениям на побережье Байкала – особенно на пологих бурятских берегах, наиболее уязвимых к изменениям колебаний уровня озера", – отмечается в обращении "Байкальской экологической коалиции".

Процедуру принятия такого важного для экосистемы озера Байкал документа, проводящуюся без предварительного проведения стратегической экологической оценки его последствий, авторы обращения считают грубым нарушением подписанной Россией Конвенции о Всемирном природном наследии ЮНЕСКО.

Также общественники провели пресс-конференцию, в ходе которой международный координатор экологической коалиции "Реки без границ" Евгений Симонов отметил, что пробный режим ранее был утверждён на три года, но при этом вызывал у многих сомнения и споры, однако теперь его планируется закрепить на неопределённый срок. Новый диапазон на 50 см ниже, чем было разрешено, а верхний — на 85 см выше.

"Если застройка в пойме мешает нормальному функционированию Иркутской ГЭС, то простой и понятный выход — это делать что-то с застройкой. Либо обносить дамбами, либо переносить, либо адаптировать её к периодическому затоплению — такое тоже весьма распространено в мировой практике. Но никак не использовать Байкал в качестве противопаводкового водохранилища без рассмотрения последствий для него", — подчеркнул Евгений Симонов.

По его словам, когда активисты попытались поднять этот вопрос на Общественном совете Росводресурсов, то им ответили, что "вы устроите Тулун, мы не можем дожидаться второго Тулуна" (имеется в виду крупное наводнение летом 2019 года в Тулунском районе Иркутской области).

участок трассы М-53 в районе Тулуна после паводка(2019)|Фото: twitter.com/verbludvogne

"Но они не осознают, что это они своими управленческими действиями этот Тулун планомерно готовят — уже столько сколько идёт незаконная застройка, которой они особо не противятся. Понятно, что Росводресурсы одни эту проблему решить не могут, а проблему экологии Байкала они решать не хотят и прямо говорят: "Это не наш вопрос, это вопрос Министерства природных ресурсов". Но беда в том, что всякие положения по регулированию готовят в основном Росводресурсы, потому что специалисты по гидроинженерии у них там. Получается патовая ситуация: ни одно из ведомств не заинтересовано в учёте экологических особенностей Байкала и потребностей устойчивого развития населения, живущего на его берегах при разработке ключевого нормативного акта по регулированию его водных ресурсов", — заявляет общественный деятель.

С доводами "Байкальской экологической коалиции" не согласился директор Иркутского филиала СО РАН, Академик РАН Игорь Бычков. По его мнению, ни одной работы, которая бы обосновывала нижнюю границу Байкала, нет вообще. "Обоснований того, что это постановление ухудшает ситуацию на Байкале, я пока не услышал", — отметил академик.

Озеро Байкал(2020)|Фото: russia.com

Он напомнил, что сегодня уровень Байкала регулирует государство. "Любая регуляция работает в обратную сторону — мы подпираем Байкал в маловодье, а когда половодное — сбрасываем", – говорит он. Здесь, как отмечает Игорь Бычков, антропогенное влияние идёт в противофазе с природными процессами – ведь если в силу природных процессов мало воды в реках, впадающих в Байкал, то маловодье должно быть и на Байкале. Это же справедливо и для половодья. Но идёт ли искусственное поддержание уровня однозначно на пользу природе — вопрос сложный. Учёный напомнил, что за многолетнюю историю наблюдений отмечались значительные колебания уровня озера в том числе и до строительства гидротехнических сооружений на Ангаре.

Активист Евгений Симонов напомнил о том, что в годы малой водности отчётливо прослеживался ущерб для природы, в частности в дельте Селенги отмечался всплеск торфяных пожаров. Игорь Бычков заявил, что говорить об однозначной связи этих двух явлений ненаучно. А по мнению Симонова, хотя взаимосвязь между этим чётко не установлена, но исключать её нельзя.

В общем, сейчас Колодец планеты стал фактически зарегулированным водохранилищем, уровень которого зависит от сброса с ГЭС. В свою очередь, от уровня этого сброса зависит работа целого ряда предприятий в Иркутске и Ангарске. И удастся ли найти компромисс между требованиями экологической безопасности и интересами хозяйствующих субъектов — вопрос открытый.



Павел Мартынов